ametsheykhumer

Category:

Станислав Жолкевский о татарах

Один из известнейших польских военачальников первой половины XVII века, великий гетман коронный Станислав Жолкевский, неоднократно воевал и с татарами (как крымскими, так и буджакскими). В 1618 году его армия (более 14 тыс., в том числе 3660 гусар) заняла оборону в трех таборах под Оринином, где на протяжении 2 дней отражала штурмы татар. Так и не захватив таборы, татары пошли вглубь Польши и опустошили ее. Между тем польское войско продолжало сидеть в таборах. На Жолкевского обрушился шквал критики — почему это он не предотвратил набег? Зачем продолжал сидеть в таборах? Почему не дал открытый бой? 

В письме великому секретарю коронному Гембицкому (с.294-311) он объяснял, как так вообще вышло:

— Воевать с татарами вообще трудное дело. Ибо "Tatary gromić tak to niemal podobna, jako kiedyby kto chciał ptaki na powietrzu latające pobić" (татар громить, это как летящую птицу убить; слова эти стали знамениты).

— Да, мы сидели в укреплениях. Но и под Цецорой сидело в них наше войско, хотя и было сильно (имеется в виду кампания 1595 года). Мы страшны татарам нашими укреплениями, но не следует поддаваться на их хитрости. Отошли бы хоть на несколько выстрелов из лука (1 выстрел — 200-250 метров), подальше от пехоты и обоза, татары обошли бы нас со всех сторон и побили.

— "A jeśli tak upornie przy krzepi stojących Tatarowie nas macali, coby było, gdybyśmy namniej munimentów swoich odeśli?" (если нас, сидевших в "крепком месте", татары так атаковали, чтобы случилось, если бы мы отошли от своей защиты?) — спрашивает гетман и отвечает — нас окружили и мы погибли бы. 

— И вообще, неприятель, гордящийся своими недавними победами, не сумел нас разгромить и ушел со стыдом (под "свежими успехами" имеется в виду Сасов Рог?). Это тоже неплохо.

— Догнать уходивших татар вообще невозможно — они шли со скоростью 10 миль в день (более 70 км), Жолкевский предлагал оставить большие возы, чтобы быстрее преследовать врага. Но в "коле" оставить возы не захотели, а с ними войско шло не более мили в день. Послать же "легких людей" Жолкевский не хотел, ибо опасался, что их можно потерять.

— Желая показать, что не он один такой, Жолкевский писал, что такой же численности орда, как под Оринином, на его памяти появлялась в Польше 30 раз: "bywały wojska, bywali hetmani, ktoż ich tedy gromił?" (любопытная фраза на фоне огромного числа "побед над татарами").

— Да и вообще, с ордой опасно воевать (далее идут примеры из австро-турецкой войны 1594-1606 годов). Воевода Трансильвании писал, будто 6 тыс. венгров побили татар хана Гази Гирея, а потом признал, что татары ушли обратно целыми, наделав опустошений в Венгрии. Венгры и моравы больше жаловались на татар, чем на турок. Считал Жолкевский, что битву под Мезекерестешем (1596) турки выиграли благодаря татарам: "I potrebę u Kierestesza, ktoż ją wsparł? jedno Fety-geirej z Tatary, a nie było ich tam z dziesięć tysięcy". Покойный королевич венгерский тоже хотел бить татар, да безуспешно.

Конечно, Жолкевскому было с руки преувеличить силу татар, чтобы оправдаться самому. Но в самой Орининской битве поляки действительно не дали открытой битвы (хотя польское командование знало, что хан в 1617-1618 годах воевал на иранском фронте, и, следовательно, калга вряд ли имел войск больше чем Жолкевский — а 14 тыс. это только компут кварцянного войска, при этом в лагерь прибывало много добровольцев, желавших на свой страх и риск воевать с татарами). Преувеличил он роль крымской конницы на австро-турецком фронте? Но и турки и австрийцы считали ее важным фактором, а Фетх Гирей за Мезекерестеш (во всяком случае это было официальной причиной) был назначен ханом. Ну а в поле биться с татарами не только Жолкевский не хотел. Его слова о том, что без укреплений польское войско погибло бы, напомнило мне слова Штадена про Молоди: "Если бы у русских не было гуляй-города, то крымский царь побил бы нас, взял бы в плен и связанными увел бы всех в Крым". 



Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened