ametsheykhumer

Categories:

Управление войсками II. Знамена, бунчуки и значки

В Крымском ханстве, как и многих других тюркских государствах, бунчуки и знамена играли роль не только средств управления войсками в бою, но и символов власти хана, султанов и беев. Вручение знамени (санджака) ханом какому-либо военачальнику означало, что поход санкционируется крымской властью. 

Ввиду этого количество знамен и бунчуков в крымском войске было небольшим. Ян Собеский писал об успехе одного из польских военачальников в боях с татарами в 1676 году: "знамя взял татарское и несколько значков, что является у них редкой вещью, ибо, как правило, на несколько тысяч имеют только одно или два знамени" [1]. Автор "Виршованной хроники" сообщал о построении крымских татар следующее: "под каждым знаком или значком несколько сот и несколько тысяч" [2]. Крымские войска во главе с ханским сыном, сконцентрированные у Белгорода (Ак-Кермана) весной 1606 года, имели (по словам Яна Замойского, писавшего, что его слуга наблюдал своими глазами татарскую армию) 40 знамен (хотя, возможно, в этом случае были посчитаны и значки) [3]. Пейсонель сообщал о структуре крымского войска следующее: "Каждый род организует один отряд или байрак, различающийся по цвету знамени, являющегося признаком дома. Самый старший дворянин в семействе командует байраком и остальные мурзы того же рода идут под его начальством. В очень обширных родах и обладающих многочисленными землями, каждая ветвь рода иногда образует байрак. В этих отрядах бывает только два офицера: дворянин, или управляющий, и байракадар или прапорщик, на место которого назначают, обыкновенно, самого сильного и крепкого из солдат" [4]. 

Под Мартыновым (1624) в армии Кантемира было лишь 4 знамени (одно из них было передано Кантемиру турецким султаном), из которых 3 было захвачено поляками, при том что всего мурз было 15 [5]. Под Калушем (1672) поляки захватили 8 знамен: 3 султанских, 2 сейменских, 1 ширинское и 1 ногайское [6]. При этом вся масса татарской конницы под Калушем, по мнению Собеского, составляла 8 тыс. [7].

О небольшом количестве бунчуков говорит и то, что даже в случае крупных побед лишь единицы их попадали противнику в качестве трофеев. Так, в 1626 году под Белой Церковью поляки захватили 10 знамен и всего 1 бунчук [8], под Калушем (1672) - 1 ногайский бунчук [9]. Значительное количество захваченных бунчуков свидетельствовало об ожесточенности битвы. 1 октября 1685 года в битве под Бояном (представлявшей собой ряд сильных татарских атак на польские позиции) полякам удалось захватить несколько бунчуков [10].

Можно сделать вывод о том, что при крупных частях крымского войска (несколько сот, тысяча, две тысячи человек) было всего 1 знамя и 1 бунчук. Исключение составляли сеймены, имевшие 1 знамя на 50 человек. Всего на всю армию ханства было всего несколько десятков знамен в коннице и от 10 до 20 в пехоте. Командиры болюков (подразделений по несколько десятков или даже более сотни человек) имели свои значки, внешне отличавшиеся от знамен тем, что представляли собой небольшие полотнища . Воины в массе из десятков быстро скачущих всадников следили за местонахождением значка, двигаясь вслед за ним. «Без шеренг ордынец мчит, идет куда захочет, смотря больше на то, Куда повернет значок, туда и он направляется» - писал автор «Виршованной хроники»[11]. Воины, носящие значки, также именовались байрактарами [12]. 

К сожалению, мне не удалось достаточно информации о том, с помощью каких именно движений бунчуков управляли войсками.  Согласно имеющимся источникам известно, что поднятие бунчука вверх сигнализировало о начале атаки.  Опираясь на информацию по монгольской армии, предположу, что наклон бунчука назад давал сигнал к отступлению.


[1] Gawęda M. Wojskowość tatarska w XVII wieku – wymiar taktyczny // „Rocznik Przemyski” 2009, R. 45, z. 1: Historia wojskowości. — s. 137

[2] Мицик Ю. Чуднiвська та Слободищенська битви 1660 р. на сторiнках «Вiршованої хроники» // Архiви України. – 2005. - №4. — с. 88    

[3] Horn M. Chronologia i zasięg najazdów tatarskich w latach 1605-1647 // Studia i Materiały do Historii Wojskowości (1962). Tom 8. - s. 9

[4] Пейссонель Шарль Клод де. Записки о Малой Татарии. - Днепропетровск: Герда, 2009. — с. 33

[5] Przyłecki S. Pamiętniki Koniecpolskich: przyczynek do dziejów polskich XVII wieku. – Lwów, 1842. – s. 257

[6] Kluczycki F.K. Pisma do wieku i spraw Jana Sobieskiego. Tom 1, cz. 2. – Kraków, 1881. — s. 1096

[7] Broel-Plater W.S. Zbiór pamiętników do dziejów polskich. Tom 4. - Warszawa, 1858. — s. 172

[8] Антонович В. Сборник летописей, относящихся к истории Южной и Западной Руси, изданный Комиссией для разбора древних актов. - Киев, 1888. — с. 258

[9] Grabowski A. Ojczyste spominki w pismach do dziejów dawnéj Polski. Tom I. – Kraków, 1845. — s. 196

[10] Gawęda M. Op. cit., s. 135

[11] Мицик Ю. Указ. соч., там же

[12] В одной стычке в 1769 году «байрактар или хорунжей одним калмыком убит и взятой его значок представлен генералу-порутчику». См. П.А. Румянцев. Том II. 1768-1775. Под редакцией полковника Ф.П Фурнатова. – М.: Военное издательство министерства обороны Союза ССР, 1953. – с. 107  


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened